Первое подразделение реактивной артиллерии в Красной Армии
14 июля 1941 года первая отдельная экспериментальная батарея реактивной артиллерии БМ-13 «Катюша» под командованием капитана И. А. Флёрова нанесла удар по немецким эшелонам с войсками, техникой, боеприпасами и горючим, скопившимся на железнодорожном узле Орша, и по переправе немецких войск через реку Оршицу. Это было первое боевое применение новейшего советского оружия, которое не только обладало значительным поражающим эффектом, но и оказывало огромное психологическое воздействие на противника.
Многозарядная реактивная пусковая установка БМ-13 (боевая машина, калибра 13 см), получившая неофициальное название «Катюша», была принята на вооружение советской армии буквально за несколько часов до начала Великой Отечественной войны – 21 июня 1941 года. В этот день вышло постановление ЦК ВКП (б) о развёртывании серийного производства снарядов М-13 (реактивный снаряд калибра 132 мм) и пусковых установок БМ-13, положившее начало формированию частей реактивной артиллерии.
Оружие, названное «Катюшей», представляло собой реактивную установку с 16 направляющими для реактивных снарядов желобкового типа. Расположение направляющих вдоль шасси автомашины и установка домкратов увеличивали устойчивость пусковой установки и повышали кучность стрельбы. Заряжание реактивных снарядов производилось с заднего конца направляющих, что позволяло значительно ускорить процесс перезарядки. Все 16 снарядов можно было выпустить за 7 — 10 секунд.
Основной тактической единицей Гвардейских минометных частей стал гвардейский минометный полк. Организационно он состоял из трех дивизионов реактивных установок М-8 или М-13, зенитного дивизиона, а также подразделений обслуживания. Всего в полку числилось 1414 человек, 36 боевых машин, двенадцать 37-миллиметровых зенитных пушек, 9 зенитных пулеметов ДШК и 18 ручных пулеметов. Однако тяжелое положение на фронтах в снижение выпуска зенитных артиллерийских орудий привело к тому, что в 1941 году некоторые части реактивной артиллерии в реальности не имели зенитного артиллерийского дивизиона. Переход к штатной организации на базе полка обеспечило повышение плотности огня по сравнению со структурой на базе отдельных батарей или дивизионов. Залп одного полка реактивных установок М-13 состоял из 576, а полка реактивных установок М-8 – из 1296 реактивных снарядов.
Элитность и значимость батарей, дивизионов и полков реактивной артиллерии Красной армии подчеркивались тем обстоятельством, что сразу при формировании им присваивалось почетное наименование гвардейских. По данной причине, а также в целях соблюдения секретности советская реактивная артиллерия и получила свое официальное название — «Гвардейские минометные части». Именно оружие, названное «Катюшей», помогло частям стать одними из самых известных и самых действенных во время войны.
Первоначально производство было развёрнуто на «Заводе им. Коминтерна» в Воронеже, затем выпуск снарядов и боевых машин начался также на заводе «Компрессор» в Москве, а с сентября 1941 года — на «Заводе им. Карла Маркса» в Ленинграде. Первые семь пусковых установок составили экспериментальную батарею реактивной артиллерии под командованием слушателя Военной артиллерийской академии имени Ф. Э. Дзержинского, участника советско-финской войны капитана Ивана Андреевича Флёрова, сформированную согласно директиве командующего войсками Московского военного округа (МВО) № 10864 от 28 июня 1941 года.
Первое применение «Катюши» в боевых условиях
Командный состав первой батареи, укомплектованный всего за четверо суток слушателями Военной артиллерийской академии имени Ф. Э. Дзержинского, а также рядовой и сержантский состав боевых расчётов из курсантов Московского артиллерийского училища не успели получить специальной подготовки. Удалось провести лишь три занятия с личным составом, для командиров их проводили представители НИИ-3, разработавшего оружие, инженеры А. С. Попов и Д. А. Шитов.
2 июля 1941 года в обстановке секретности батарея отбыла из Москвы на Западный фронт и 9 июля заняла позицию под Борисовом. В ночь с 12 на 13 июля была поднята по тревоге и выдвинулась по направлению к городу Орше, который в ночь на 14 июля советские войска вынуждены были оставить, заняв позиции на восточных берегах Днепра и Оршицы. С целью задержать новое наступление вермахта и выиграть время для подхода подкрепления заместитель начальника артиллерии Западного фронта генерал Г. С. Кариофилли отдал приказ капитану Флёрову нанести удар по Оршанскому железнодорожному узлу, где скопились немецкие воинские эшелоны. Расположив боевые машины у деревни Гадичи, в 5–6 км от станции Орша, 14 июля 1941 года в 15 часов 15 минут советская батарея реактивной артиллерии произвела залп из 112 снарядов, полностью уничтожив станцию. В 16 часов 45 минут реактивные снаряды обрушились на немецкую переправу через реку Оршицу, что позволило советским войскам выбить немцев с занятого ими плацдарма.
Результат первых залпов БМ-13 оказался впечатляющим. Маршал С. К. Тимошенко докладывал И. В. Сталину, что батарея реактивной артиллерии нанесла противнику «такие потери, что он целый день вывозил раненых и подбирал убитых, остановив наступление на целый день». Как сообщалось в служебных донесениях, после залпов батареи немцы бежали «не только с участков, по которым вёлся огонь, но и с соседних – на расстоянии в 1–1,5 км». Первый боевой опыт показал, что новое советское оружие обладает не только большим поражающим эффектом, который достигался за счёт внезапности огня и конструкции снарядов, осколки которых разогревались до 800°С, увеличивая поражающее воздействие залпа, но также оказывает огромное психологическое воздействие на противника. Ревущий звук реактивных снарядов буквально сводил вражеских солдат с ума. Сохранился протокол допроса немецких солдат, взятых в плен в ходе контрнаступления под Москвой в декабре 1941 года: «<…> Взятые в плен два солдата в деревне Попково сошли с ума от огня реактивных установок, а пленный ефрейтор заявил: «Случаев сумасшествия в деревне Попково было много от артиллерийской канонады советских войск»».
Советские реактивные установки застали врасплох немецкое командование, 14 августа 1941 года оповестившее свои войска о «русской автоматической многоствольной огнемётной пушке», выстрелы из которой «производятся электричеством». О каждом применении этих орудий предписывалось доносить командованию.
Батарея И. А. Флёрова успешно действовала летом–осенью 1941 года на западном стратегическом направлении. В ночь на 7 октября попала в засаду под деревней Богатырь (ныне Знаменский район Смоленской области). Выполняя приказ командира, батарейцы подорвали боевые машины, чтобы они не достались немцам, а сам капитан Флёров, будучи тяжело раненым, взорвал себя вместе с головной пусковой установкой. Из 170 человек личного состава батареи из окружения удалось вырваться 46.
Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 ноября 1963 года И. А. Флёров был посмертно награждён орденом Отечественной войны I степени. Указом Президента РФ от 21 июня 1995 года посмертно удостоен звания Герой Российской Федерации. В городах Орше и Рудне и у деревни Богатырь в честь подвига батареи установлены памятники.
В битве под Москвой
К осени 1941 года основная часть реактивной артиллерии, том числе установки «Катюша», была сосредоточена в войсках Западного фронта и Московской зоны обороны. Под Москвой находилось 33 дивизиона из 59, числившихся на тот период в Красной армии. Для сравнения: Ленинградский фронт имел пять дивизионов, Юго-Западный — девять, Южный — шесть, а остальные — по одному-два дивизиона. В битве под Москвой все армии усиливались тремя-четырьмя дивизионами, и только 16-я армия располагала семью дивизионами.
Советское руководство придавало большое значение применению военного оружия «Катюша» в битве под Москвой. В вышедшей 1 октября 1941 года директиве Ставки ВГК «Командующим войсками фронтов и армиями о порядке использования реактивной артиллерии», в частности, отмечалось следующее: «Части действующей Красной армии за последнее время получили новое мощное оружие в виде боевых машин М-8 и М-13, являющихся лучшим средством уничтожения (подавления) живой силы противника, его танков, моточастей и огневых средств.
Внезапный, массированный и хорошо подготовленный огонь дивизионов М-8 и М-13, вооруженных установками «Катюша», обеспечивает исключительно хорошее поражение противника и одновременно оказывает сильнейшее моральное потрясение его живой силы, приводящее к потере боеспособности. Это особенно верно в данный момент, когда пехота противника имеет гораздо больше танков, чем мы, когда наша пехота более всего нуждается в мощной поддержке со стороны М-8 и М-13, могущих быть с успехом противопоставленными танкам противника».
Яркий след в обороне Москвы оставил дивизион реактивной артиллерии под командованием капитана Карсанова. Например, 11 ноября 1941 года этот дивизион поддерживал атаку своей пехоты на Скирманово. После залпов дивизиона этот населенный пункт был взят почти без сопротивления. При осмотре района, по которому были даны залпы, было обнаружено 17 подбитых танков, более 20 минометов и несколько орудий, брошенных противником в панике. В течение 22 и 23 ноября этот же дивизион, не имея пехотного прикрытия, отражал многократные атаки противника. Несмотря на огонь автоматчиков, дивизион капитана Карсанова не отошел назад до тех пор, пока не выполнил боевую задачу. Все это помогли сделать «Катюши» — секретное оружие советской армии.
В начале контрнаступления под Москвой объектами огня «Катюш» стали не только пехота и боевая техника противника, но и укрепленные рубежи обороны, пользуясь которыми руководство вермахта стремилось задержать советские войска. «Катюши» — реактивные установки БМ-8 и БМ-13 — полностью оправдали себя и в этих новых условиях. Например, 31-й отдельный минометный дивизион под командованием политрука Орехова израсходовал 2,5 дивизионных залпа для уничтожения немецкого гарнизона в деревне Попково. В этот же день деревня была взята советскими войсками практически без сопротивления.
Защищая Сталинград
В отражении непрерывных атак противника на Сталинград весомый вклад внесли Гвардейские минометные части, состоящие из «Катюш», оружие которых опустошало ряды наступавших немецких войск, сжигало их боевую технику. В разгар ожесточенных боев многие гвардейские минометные полки производили по 20 — 30 залпов в день. Замечательные образцы боевой работы показал 19-й гвардейский минометный полк. Только за один день боя он произвел 30 залпов. Боевые реактивные установки полка находились вместе с передовыми подразделениями нашей пехоты и уничтожили большое число немецких и румынских солдат и офицеров. Реактивная артиллерия пользовалась огромной любовью защитников Сталинграда и прежде всего пехоты. Боевая слава полков Воробьева, Парновского, Черняка и Ерохина гремела на весь фронт.
В.И. Чуйков в своих воспоминаниях писал, что он никогда не забудет полк «Катюш» — оружия победы — под командованием полковника Ерохина. 26 июля на правом берегу Дона полк Ерохина участвовал в отражении наступления 51-го армейского корпуса немецкой армии. В начале августа этот полк вошел в южную оперативную группу войск. В первых числах сентября во время немецких танковых атак на реке Червленой в районе села Цибенко полк опять на самом опасном месте дал залп 82-миллиметровых «Катюш» по основным силам врага. 62-я армия вела уличные бои с 14 сентября до конца января 1943 года, и полк «Катюш» полковника Ерохина постоянно получал боевые задачи командарма В.И. Чуйкова. В этом полку направляющие рамы (рельсы) для снарядов были смонтированы на гусеничной базе Т-60, которая давала этим установкам хорошую маневренность на любой местности. Находясь в самом Сталинграде и выбрав позиции за крутым берегом Волги, полк был неуязвим для артиллерийского обстрела противника. Свои же боевые установки на гусеничном ходу Ерохин быстро выводил на огневые позиции, давал залп и с такой же быстротой снова уходил в укрытие.
В начальном периоде войны эффективность реактивных минометов снижалась за счет недостаточного количества снарядов.
В частности, в разговоре маршала СССР Шапошникова с генералом армии Г.К. Жуковым последний заявил следующее: «залпов для Р.С. (реактивных снарядов – О.А..) требуется не менее 20, чтобы хватило на два дня боя, а сейчас даем ничтожно мало. Если бы было их побольше, я ручаюсь, что можно было бы одними РСами расстрелять противника». В словах Жукова звучит явная переоценка возможностей катюш, которые имели свои недостатки. Об одном из них указывалось в письме члену ГКО Г.М. Маленкову: «Серьезным боевым недостатком машин М-8 является большое мертвое пространство, не позволяющее вести огонь на дистанции ближе трех километров. Особенно ярко этот недостаток выявился в период отступления наших войск, когда из-за угрозы захвата этой новейшей секретной техники экипажи катюш вынуждены были взрывать свои реактивные установки».
Курская дуга. Внимание, танки!
В преддверии Курской битвы советские войска, в том числе и реактивная артиллерия, такая как установки «Катюша», усиленно готовились к предстоящим боям с немецкой бронетехникой. «Катюши» заезжали передними колесами в вырытые углубления для придания направляющим минимального угла возвышения, и снаряды, уходя параллельно земле, могли поражать танки. Были проведены опытные стрельбы по фанерным макетам танков. На тренировках реактивные снаряды разносили мишени в щепки. Однако у такого метода нашлось и немало противников: ведь боевая часть снарядов М-13 была осколочно-фугасной, а не бронебойной.
Проверять эффективность оружия, названного «Катюшей», против танков пришлось уже в ходе боев. Несмотря на то что реактивные установки не были предназначены для борьбы против танков, в отдельных случаях «Катюши» успешно справлялись с этой задачей.
Приведем один пример из секретного отчета, адресованного во время оборонительных боев на Курской дуге лично И.В. Сталину: «5 — 7 июля гвардейские минометные части, отражая атаки противника и поддерживая свою пехоту, провели: 9 полковых, 96 дивизионных, 109 батарейных и 16 взводных залпов по пехоте и танкам врага. В результате, по неполным данным, было уничтожено и рассеяно до 15 батальонов пехоты, сожжено и подбито 25 автомашин, подавлено 16 артиллерийских и минометных батарей, отражено 48 атак противника.
За период 5−7 июля 1943 года было израсходовано 5547 снарядов М-8 и 12 000 снарядов М-13. Особенно следует отметить боевую работу на Воронежском фронте 415-го гвардейского минометного полка (командир полка подполковник Ганюшкин), который 6 июля разбил переправу через реку Сев. Донец в районе Михайловки и уничтожил до одной роты пехоты и 7 июля, участвуя в бою с танками противника, стреляя прямой наводкой, подбил и уничтожил 27 танков…»
В целом же применение «Катюш» против танков, несмотря на отдельные эпизоды, оказалось малоэффективным из-за большого рассеивания снарядов. К тому же, как уже отмечалось ранее, боевая часть снарядов М-13 была осколочно-фугасной, а не бронебойной. Поэтому даже при прямом попадании реактивный снаряд оказывался не в состоянии пробить лобовую броню «Тигров» и «Пантер». Несмотря на эти обстоятельства, «Катюши» все равно наносили танкам ощутимый урон. Дело в том, что при попадании реактивного снаряда в лобовую броню экипаж танка часто выходил из строя из-за сильнейшей контузии. Кроме того, в результате огня установок «Катюша» у танков перебивались гусеницы, заклинивало башни, при попадании осколков в моторную часть или бензобаки мог возникнуть пожар.
«Катюши» — оружие победы — успешно применялись до самого окончания Великой Отечественной войны, заслужив любовь и уважение советских солдат и офицеров и ненависть военнослужащих вермахта. За годы войны реактивные установки БМ-8 и БМ-13 монтировались на различных автомобилях, танках, тягачах, устанавливались на бронеплощадках бронепоездов, боевых катерах и т. д.
Были также созданы и участвовали в боях «братья» «Катюши» — пусковые станки тяжелых реактивных снарядов М-30 и М-31 калибра 300 мм, а также пусковые установки БМ-31−12 калибра 300 мм. Реактивная артиллерия прочно заняла свое место в составе Красной армии и по праву стала одним из символов победы.
